15 марта 2019 года в новозеландском городе Крайстчерч произошел теракт, унесший жизни 51 человека и ранивший десятки других. Австралиец Брентон Гаррисон Таррант, на тот момент 28-летний мужчина без предварительной криминальной истории, совершил нападения на две мечети во время пятничной молитвы. Он транслировал первую часть атаки в прямом эфире на Facebook и заранее опубликовал 74-страничный манифест. Этот день стал самым масштабным терактом в истории Новой Зеландии и одним из самых громких проявлений ультраправого экстремизма в XXI веке.
Таррант родился 27 октября 1990 года в небольшом австралийском городке Графтон штата Новый Южный Уэльс. Детство прошло в условиях семейных затруднений: родители расстались рано, а в доме матери появился партнер, совершавший насилие. Позже парень переехал к отцу. После смерти отца от болезни, связанной с асбестом, Таррант получил наследство, позволившее ему путешествовать. Он работал персональным тренером, интересовался видеоиграми и интернет-форумами, в том числе 4chan. Путешествия по Европе, по его словам в манифесте, усилили его радикальные взгляды на миграцию и ислам.
В 2017 году Таррант переехал в Новую Зеландию, поселился в Данидине и получил лицензию на оружие категории A. Он стал членом стрелкового клуба и начал активно покупать огнестрельное оружие и боеприпасы. Планировка атаки продолжалась около двух лет. За три месяца до происшествия он избрал конкретные цели – мечеть Аль-Нур в районе Риккартон и Исламский центр в Линвуде. В январе 2019 года Таррант проводил разведку с помощью дрона, снимал местность и изучал расписание молитв онлайн. В машине Subaru Outback он перевозил шесть единиц оружия, включая две винтовки стиля AR-15, два ружья, дополнительные винтовки, самодельные зажигательные устройства и тысячи патронов. На оружии и снаряжении были надписи с историческими мотивами, неонацистскими символами и лозунгами типа Remove Kebab.
Манифест под названием The Great Replacement («Большое замещение») Таррант направил десяткам адресатов, в частности в офис премьер-министра Новой Зеландии, за минуты до атаки. В документе он излагал ультраправые взгляды, ссылаясь на теорию заговора о «большом замещении» белых европейцев мигрантами, прежде всего мусульманами. Он называл себя этнонационалистом и экофашистом, выражал восхищение Андерсом Брейвиком и другими правыми террористами. Теория «большого замещения», которую он пропагандировал, конспирологическая и не имеет научной основы — она используется ультраправыми движениями для оправдания ненависти и насилия. Таррант отрицал, что нацист, но манифест содержал неонацистскую символику и призывы к насилию против «захватчиков».
Атака началась около 13:40 у мечети Аль-Нур. Таррант включил трансляцию на Facebook Live, где звучала музыка, в том числе сербская националистическая песня. Он убил 44 человека в первой мечети, затем уехал в Линвуд, где убил еще семерых. В общей сложности погиб 51 человек в возрасте от 3 до 77 лет, среди них мужчины, женщины и дети. Ранены 40 человек огнестрельным оружием. Жертвы происходили из разных стран: Пакистана, Индии, Бангладеш, Фиджи, Новой Зеландии и других. Многие были иммигрантами или беженцами, которые искали безопасности в Новой Зеландии. Таррант планировал продолжить атаку в третьем месте — Ашбертони, но полиция догнала его автомобиль и протаранила около 13:59. Во время ареста он признался, что действовал один, хотя поначалу делал заявления о других.
Судебный процесс оказался скорым благодаря признанию вины. 26 марта 2020 года Таррант полностью признал вину в 51 убийстве, 40 покушениях на убийство и участии в террористическом акте. 24 августа 2020 года судья Кэмерон Мандер вынес приговор: пожизненное заключение без права на условно-досрочное освобождение за каждое из 51 убийства, а также пожизненное за терроризм. Это стал первым приговором в Новой Зеландии за терроризм и первым пожизненным без права на УГО в истории страны. Судья назвал преступления настолько ужасающими, что даже пожизненное заключение не может полностью искупить вину. Таррант отказался от последнего слова и не отрицал наказания.
Анализ трендов в ультраправом экстремизме после 2019 года
Анализ трендов: как теракт в Крайстчерче повлиял на глобальную борьбу с ультраправым экстремизмом
После событий 2019 года многие страны усилили внимание к внутреннему терроризму правого толка, который ранее часто недооценивали по сравнению с исламистскими угрозами. В Новой Зеландии быстро принял закон о запрете полуавтоматического оружия военного образца, провели программу выкупа оружия, которая собрала более 56 тысяч единиц. Социальные платформы, в частности Facebook, подверглись критике за медленную реакцию на трансляцию и начали совершенствовать алгоритмы обнаружения опасного контента в реальном времени.
- Возрос интерес к онлайн-радикализации: форумы типа 4chan и 8chan стали объектом более пристального внимания спецслужб, потому что именно там Таррант черпал вдохновение и распространял манифест.
- Международные организации ввели новые инициативы – ООН объявила 15 марта Международным днем борьбы с исламофобией, а в Новой Зеландии создали исследовательский центр по противодействию экстремизму (позднее финансирование сократили).
- Во многих западных странах усилили мониторинг ультраправых групп, использующих теории заговора типа «большого замещения» для вербовки. Это привело к лучшей координации между разведками и платформами, хотя копировальные атаки все же случались в последующие годы.
- Тренд на «экофашизм», упоминавшийся Таррантом, также привлек внимание исследователей: сочетание экологических идей с расизмом стало новой формой идеологического прикрытия для насилия.
Эти изменения показывают, что общества научились быстрее реагировать на угрозы внутренних экстремистов, но полная победа над идеологиями ненависти требует постоянной работы с образованием, модерацией контента и поддержанием уязвимых сообществ.
Последствия теракта вышли за рамки Новой Зеландии. Премьер-министр Джасинда Ардерн стала символом сострадания и решительности, когда назвала нападение «одним из самых темных дней» страны и пообещала, что «они мы». Мусульманское сообщество Новой Зеландии, до того жившее относительно спокойно, столкнулось с волной страха, но также получило широкую поддержку от соседей. Многие семьи жертв приехали из-за границы, и трагедия подчеркнула, насколько глобальной стала миграция и насколько уязвимыми могут быть мирные общины.
Законодательные изменения в Новой Зеландии стали одними из самых быстрых в мире: уже через несколько дней после атаки парламент запретил определенные типы полуавтоматического оружия. Программа выкупа оружия прошла успешно, хотя некоторые критики считали ее недостаточной. Королевская комиссия по расследованию опубликовала отчет по 44 рекомендациям по улучшению разведки, пограничного контроля и противодействия экстремизму. Большинство рекомендаций правительство приняло к исполнению.
Глобально теракт обратил внимание на роль интернета в радикализации. Таррант активно использовал онлайн-ресурсы для планирования и распространения идей. Это подтолкнуло платформы к более жестким правилам модерации контента, связанного с насилием и ненавистью. В то же время манифест и трансляция вдохновили некоторых других экстремистов в разных странах, что показало опасность «вирусного» распространения идеологии ненависти.
Для начинающих по теме терроризма и экстремизма важно понимать, что такие атаки редко возникают внезапно. Они являются результатом постепенной радикализации, где личные травмы, интернет-экокамеры и искаженное восприятие реальности сходятся в опасную точку. У Тарранта не было классической «террористической» биографии — он был обычным молодым человеком, который унаследовал деньги, путешествовал и постепенно погрузился в онлайн-мир ненависти. Это делает историю особенно тревожной: радикализация может затронуть любого, кто ищет простые ответы на сложные социальные вопросы.
Для продвинутых читателей интересно проследить параллели с другими правыми терактами – от Брейвика в Норвегии до нападений в США. Совместно использование конспирологических теорий о «замещении» и ссылки на исторические образы. В то же время Новая Зеландия показала пример быстрой законодательной реакции и общественного единства, в отличие от других стран, где подобные события приводили к поляризации.
Сегодня Брентон Таррант отбывает наказание в новозеландской тюрьме строгого режима. Его дело остается напоминанием о том, как далеко может зайти идеология ненависти, если ее не остановить на ранних этапах – через образование, модерацию контента и поддержку межкультурного диалога. Теракт в Крайстчерче изменил не только Новую Зеландию, но и подход многих государств к внутренней безопасности и борьбе с экстремизмом в цифровую эпоху.
